Карма - судьба или выбор?

    Карма - судьба или выбор?

    Карма - судьба или выбор?

    Понятие кармы, к сожалению, нередко становится синонимом судьбы, поэтому иногда говорят «карма у меня такая». Но на самом деле, проводить тождество между двумя этими понятиями в корне неверно. Карма – это более сложный и объемный философский, религиозный и эзотерический феномен. Чтобы разница между ними проступила со всей очевидностью, необходимо провести небольшой сравнительный анализ.

     

    Потребность в понятии «судьба»

    Распространенная ошибочность в восприятии кармы и ее законов во многом обусловлена архаическими представлениями о неизбежности некоторых явлений жизни – в частности смерти, и отчаянием понять некоторые непредсказуемые трагические события.

    Стремление «во-плотить» (сделать «плотью», то есть «овеществить») преставления о судьбе помогает людям хотя бы отчасти смириться со страхом перед обезличенностью и непознаваемостью жизни и смерти, времени и вечности. Вот поэтому так часто понятие судьбы персонифицировалось в виде различных божеств, например, славянские Доля и Недоля, сербские Среча и Несреча. Были и другие персонажи, главным образом враждебные, рангом пониже — злыдни, Лихо Одноглазое, Беда, Журба, Кручина, Горе-Злосчастие и тому подобное.

     

    Духи злой судьбы

    Естественно, больше всего людей пугала плохая судьба, трагичная, именно она требовала больше сил на осмысление, выраженное в вопросе «Почему это случилось именно со мной?». В результате появляется такое понятие как «злая судьба».

    Согласно поверьям многих народностей, духи злой судьбы, в том или ином виде, скитаются и бродят по земле, нападая на встречных людей. На того человека, к которому «привязались» эти недоброжелатели, обрушиваются всяческие беды: он заболевает, становится нищим, теряет родных. Таким образом, мы видим, что судьба и духи судьбы воспринимались как некий внешний фактор. Но в чем суть была такой персонификации? А в том, что, раз это нечто «вещественное», то с ним можно было договориться или как-то умилостивить с помощью специальных жертв или соблюдением определенных обрядовых моментов.

     

    Суд

    Помимо упомянутых персонажей в представлениях многих народов сформировался тот или иной образ существа, управляющего судьбой, например, славянский — Суд (сербохорватское Усуд).

    В сербской сказке говорится, когда Усуд рассыпает в своем дворце золото, рождаются те, кому суждено быть богатыми; когда Усуд рассыпает в хижине черепки — рождаются бедняки.

    Это божество в первую очередь имело судящую функцию, что напрямую отражается в его имени и в происхождении самого слова «судь-ба». В этой связи мы часто говорим «так ему суждено» или «этому не суждено исполниться». Сюда же примыкает распространенный мотив взвешивания судьбы, то есть суда над душой. В этом контексте достаточно вспомнить загробный суд Осириса, взвешивавшего сердца умерших и решавшего участь их душ. С Судом у славян также связаны персонифицированные воплощения судьбы — суденицы и судинушки.

     

    Девы судьбы

    Во многих современных и древних традициях (вплоть до хеттской) зафиксированы поверья и сказания о трех девах или старухах, приходящих в дом, где родился ребенок, и по очереди предсказывающих его судьбу (русские рожаницы, болгарские наречницы и другие), причем решающим оказывается предсказание последней из них, усредняющей крайности двух других.

    Древнескандинавские девы судьбы — норны Урд, Верданди и Скульд, определяют судьбы всего мира и воплощают его прошлое, настоящее и будущее. В этой же традиции мы встречаем и многочисленные женские божества — дисы, приходящие к каждому новорожденному младенцу и наделяющие его судьбой — доброй или злой, в зависимости от характера самого божества.

    Древнегреческие три сестры-мойры носили имена Лахетис (дающая жребий»), Клото («прядущая») и Атропос («неотвратимая»). Согласно преданиям, Лахетис назначает жребий еще до рождения человека, Клото прядет нить его жизни, а Атропос неотвратимо приближает будущее и обрезает нить.

    Римские парки, равнозначные мойрам, Нона и Децима покровительствовали рождению ребенка на девятом или десятом месяце, а Морта (от mors, «смерть») ведала его кончиной.

     

    Фатализм

    Крайней точкой взгляда на судьбу стал фатализм, то есть вера в неотвратимый рок, приводящая к покорности и пассивности. Это нашло отражение в русских пословицах: «Господня воля — наша доля», «Всякую долю бог посылает», «Воля, неволя — такая наша доля», «Не в воле счастье, а в доле».

     

    Отличие кармы от судьбы

    Как видим, понятие судьбы неразрывно связано с ее овеществлением, с персонификацией, в то время как карма – «чистый механизм», безликий и непреклонный. Поэтому кармическое воздаяние не имеет ничего общего с понятием судьбы. И если с «судьбой» еще можно было так или иначе договориться, перехитрить ее, то с кармой – нет, поскольку она безлика.

     

    Главное отличие кармы от понятия судьбы

    Идея кармы представляет собой попытку заменить божественную предопределенность на естественный космический миропорядок. Поскольку исходной точкой развития каждый раз становится именно волевое усилие личности, то снимается какая бы то ни было предопределенность свыше — все в руках человеческих. Поэтому закон кармы имеет характер нравственного воздаяния за совершенное деяние, а не воздействие неотвратимых божественных или космических сил. Именно это в корне и отличает карму от судьбы или рока в античном мировоззрении.

     

    © Алексей Корнеев


    Вернуться к статьям раздела